Письма с фронта за 1942 год
Добрый день, дорогая моя Аня! Прими мой привет! Целую тебя и детей – доченьку Светлану и сынка Ладика! Всем вам желаю доброго здоровья и благополучия. Я по-старому жив – здоров. Работаю по-прежнему. Служу и Родине, и тебе, и детям в старой должности. Чтобы всем вам жилось лучше, чтобы все вы не попали под немецко-фашистское иго. Сколько могу – выполняю свой долг перед Родиной... Я все вспоминаю, какие налитые и мордастенькие были детишки зимой – когда мне удавалось бывать среди вас… Да. Прошло то время. Тогда хоть пешком, хоть поездом, хоть верхом, в сухую погоду, в дождь или в снег. Днем или в полночь, а удавалось добраться до вас. Теперь этого сделать уже нельзя. Далеко Анек. Судя по твоим письмам, ты чувствуешь себя легко. Так ли это? Напиши мне о своем состоянии. Я все вспоминаю, как мы с детишками приезжали к тебе в больницу…
...Повторяем и укрепляем то, что уже изучали, знакомимся и изучаем то, что ещё нам не было знакомо. Много времени уделяем на тренировку. Ведь мало знать, что и к чему. Надо уметь работать. А умение достигается практикой, тренировкой. Чем больше тренировки, тем легче в боях. – Интересно, Анёк, то, что у нас много время идёт на подготовку к бою. Ведь вся учёба – это подготовка к бою. Учёба идёт все свободное от боя время, а сам бой, огневая работа, обычно короток. Но зато в это маленькое время вкладывается много силы…
...На бывшее моё место – на заместителя командира батареи уже назначен другой человек, а я работаю в должности командира батареи. Конечно, ответственности стало гораздо больше. Но ведь я не один. Работаем мы вместе с комиссаром батареи, у меня есть заместитель. Батарея состоит из взводов. В каждом взводе – командир взвода. Взвод состоит из отделений. Каждое отделение – это группа людей вместе с пушкой. Отделение имеет своего командира. Вот в такой системе мне теперь и приходится работать...
...Определённая часть улицы отведена для нашей батареи. Люди отдыхают в избах. Нет надобности строить блиндажи и ютиться в них. Имеется возможность отдохнуть в дому. Сегодня, впервые за все время, я спал полураздетый. Снял сапоги, разулся. Снял гимнастёрку, снял с себя своё личное вооружение – наган. В общем, живем как в доме отдыха. Хорошо… Впереди нас ждет учёба, а затем снова работа на передней линии фронта...
...Получил наконец-то письмо от Павлика. Он сейчас работает миномётчиком – подносчиком мин. Учился в школе, видимо, на командира отделения, но пишет, что у него дело не выходит с подсчётами и командира или наводчика с него не получилось. Остался рядовым. В армии всякая работа благородна – одинаково вместе борются за свободу, за Родину и самый высокий начальник, и самый низенький рядовой – все мы воины советского народа...
Здравствуй, моя голубка! Здравствуйте мои птенчики! Крепко-крепко обнимаю всех вас и целую. Шлю вам свой привет и лучшие пожелания в вашей несветлой жизни. Желаю всем вам и доброго здоровья и благополучия. Милая моя Аня! Ты пишешь о несчастье, постигшем Медведева… Да, дорогая, – это все работа войны. Не все остаются живы после войны. Не все ворочаются с войны целыми и невредимыми. Если и не ранен, то очень часто с попорченным здоровьем...
...Помнишь, мы получали открытку из Москвы в начале войны от моего товарища Садловского. Он еще писал, что уходит на войну лейтенантом, а дома остается жена с дочкой, которой будет скоро два месяца. Фотография его где-то была у нас в сундуке – маленькая – одно лицо. Так вот я знал, что его родители где-то в совхозе «Савай». Ну я и послал письмо им через дирекцию совхоза. И представь себе – письмо получили. Узнали мой адрес и переслали его товарищу – Ване Садловскому, а мне прислали его адрес...
...В песне-то поётся: «скоро-скоро троица, лес травой покроется»… Для Средней Азии эти слова ничего не означают, так как деревья одеваются листвой к апрелю месяцу. А здесь эта песня как раз и подходит. Как поётся в песне, так и в природе получается. Когда я проходил учёбу (когда учился на командира) я рассчитывал, что придётся прилагать свои знания где-нибудь на бескрайних равнинах и пустынях Средней Азии или в горах. А видишь, пришлось быть здесь...
...По своему обыкновению, я и здесь увлекаюсь работой, и несение службы для меня превращается в игру: так же, как и служба на производстве – работа – для меня превращалась в игру. Был сегодня я дежурным наблюдателем за противником. Забрался на вышку наблюдательного пункта – вооружился биноклем. Ведь некоторые точки обороны гитлеровцев совсем рядом с нами. Их и простым глазом можно наблюдать. Ну а в бинокль и подавно хорошо видно...
Лик войны:
Марш-бросок. 1944 год
